«ДУМАЮ, ОШИБОК Я НЕ ДОПУСКАЛ…»


Председателю Совета гражданской службы Республики Арцах, Борису АРУШАНЯНУ, стоявшему в авангарде Арцахского движения, 70 лет.

 Б. Арушанян награжден орденом «Месроп Маштоц», медалями «Мхитар Гош», «Благодарность» и медалью «Анания Ширакаци» РА.

— От имени читателей газеты «Азат Арцах» поздравляю Вас с юбилеем. Интересно, а довольны ли Вы результатами своей деятельности, или Вам еще есть что сделать, есть не претворенные в жизнь мечты?..

— Спасибо за поздравления, я тронут вашим вниманием. Думаю, что мог бы сделать больше, особенно в послевоенные годы. Как лучший период жизни в моей памяти сохранились школьные и студенческие годы. А начальный период своей трудовой деятельности я оцениваю как полезный — с точки зрения обретения трудового опыта, знаний, а почему бы и нет, дальнейшего карьерного роста. Это было на электротехническом заводе, который стал для меня большой школой жизни. Хотел бы выделить период Карабахского движения и Арцахской войны — как самый эффективный в моей деятельности, и одновременно, самый опасный и тяжелый, полный ответственности…

Это самая героическая страница истории нашего народа, которая была написана ценою крови приверженных родине сыновей. Я доволен и горд, что внес свою лепту в дело свободы и независимости нашей родины.

Конечно, человек никогда не останавливается на достигнутом. И пока мы живем, стремимся прибавить к этому еще что-то. А предстоящих дел и мечтаний у меня много, так как в личном вопросе я отчасти отстал от жизни, особенно в плане образования моих детей и реализации их целей. Причем, только младший из моих детей родился в послевоенный период, и две дочери учатся в вузах Армении.

— Касаясь Вашей деятельности, невозможно обойти период Арцахской национально-освободительной борьбы. Вы стояли в авангарде Движения. Как Вы оказались в водовороте событий?

— 8 февраля 1988 года, когда Движение еще находилось в подполье, по просьбе активистов нашего завода (речь об электротехническом заводе) мы созвали собрание и приняли декларацию с требованием воссоединить НКАО с Армянской ССР. На следующий день  первый секретарь обкома партии Кеворков вызвал к себе меня, секретаря парткома, председателя профсоюза и секретаря комсомольской организации и потребовал написать объяснительные, грозясь строго наказать нас. Но не успел сделать это, так как через день аналогичные собрания были созваны и на других крупных предприятиях Степанакерта. Чтобы предотвратить неожиданный поворот событий, он пригласил делегацию из Баку во главе со вторым секретарем ЦК Коноваловым и собрал нас (активистов Движения) в зале на первом этаже здания бывшего горкома партии. Ему казалось, что так — одним ударом ему удастся покончить с начавшимся «опасным процессом». Но Движение набирало обороты, бурлило: состоялись митинги, шествия, были созваны депутатские собрания и сессии, пленумы парткомов всех уровней… Так я оказался в первых рядах актива всенародного движения. Затем был избран членом правления комитета «Крунк» — символа Движения. Потом, когда Верховный совет АзССР запретил деятельность «Крунка», появилась идея восстановить существовавший до этого Совет директоров и деятельность комитета «Крунк» продолжить под этим названием. Хорошая была идея. Причем, Совет директоров был и действовал с 1974 года по лето 1987 года. Его председателем был директор электротехнического завода Альберт Сейранян, после смерти которого директором назначили меня, а до этого 9 лет я был главным инженером завода. По каким-то причинам до мая 1988 г. новый председатель Совета директоров избран не был. И вот в мае 1988 г. я был избран председателем Совета директоров.

— Каким Вы представляли будущее Арцаха и Армении, поднимая знамя борьбы?

— Мы более чем были убеждены в успешном исходе, и момент был подходящим,  учитывая провозглашенную горбачевскую перестройку и обещания пересмотреть национальные вопросы… Я сейчас задаюсь вопросом: а откуда исходила эта вера?

Будущее Арцаха и Армении я представляю в рамках единого государства, причем, Арцах — определенное время —  в качестве автономного образования в составе РА. Это нам нужно для  маневров. Вспомним 1919-1920 годы, когда националистическая власть Армении под давлением государств Антанты и исходя из других обстоятельств была вынуждена временно отказаться от Арцаха, но Национальный Совет Карабаха не подчинился этому решению и поднял знамя борьбы. Нужно извлекать уроки из истории…

— Были ли ошибки, которые Вы пожелали бы скорректировать, если бы все началось сначала?

— С точки зрения государственного образа мышления и интересов нации, ошибок, думаю, я не допускал: я всегда был вместе с народом, рядом с ним, честен и добросовестен. Безусловно, во время Движения были упущения. Тактические ошибки со временем исправили, но считаю, установление режима прекращения огня 1994 года было анахронизмом. Враг всего лишь пережидал, выигрывая время, чтобы оправиться от тяжелого поражения и собраться с силами. Нам казалось, что путем взаимных уступок  можно бы было достичь продолжительного мира,  но дальнейшие события показали, что Азербайджан и Турция действуют как стратегические союзники и преследуют цель настолько ослабить Армению, чтобы в будущем она не смогла предъявить каких-либо территориальных требований. И нам только остается сплотиться, эффективно использовать потенциал нашей нации и по мере возможности стать сильнее. Я считаю, что мы неполноценно используем потенциал Диаспоры, он в несколько раз больше…

— Каков Ваш принцип, которым руководствовались до сих пор?

— Самый первый принцип: не все средства хороши для достижения цели. Беззаконие, совершение преступлений, грех недопустимы даже из добрых побуждений и для добрых целей. Нужно выполнять данное обещание, быть хозяином своего слова. Никогда и ни при каких обстоятельствах не следует изменять друзьям, близким и родным. Интересы родины являются приоритетом. Ненавижу измену, наглость и обман, люблю добрых, терпеливых, щедрых людей. Чувство долга — большое достоинство, доброе имя — превыше всего. Я не люблю охоту, считаю это проявлением жестокости. Зависть, злопамятство, эгоистичность — это не присущие армянину черты. И последний важный для меня принцип: никогда не отчаиваться, не падать духом от неудач, не сдаваться, а бороться до конца.

— Вы считаете себя счастливым человеком, оцененным по заслугам?

— В моем представлении, счастье — это когда человек дружит со своим «я». С этой точки зрения считаю себя человеком счастливым. А по представлениям наших предков, счастлив тот человек, у которого крыша не протекает, преданная жена и умные дети. Слава Богу, в этом плане я также счастлив и доволен. Относительно должной оценки моей деятельности повода для недовольств также нет: я убежден, будущее поколение все расставит по своим местам.

 Лаура ГРИГОРЯН


Понравилась запись? Расскажите друзьям: