Казимиров: РЕШАТЬ СУДЬБУ КАРАБАХА БЕЗ ЕГО УЧАСТИЯ — НЕ 21 ВЕК, А ПРИМЕРНО 19-й


12 мая ис­пол­ни­лось 25 лет со дня вступ­ле­ния в си­лу Биш­кек­с­ко­го пе­ре­ми­рия, ко­то­рое по­ло­жи­ло ко­нец бо­е­вым дей­ст­ви­ям в зо­не на­гор­но-ка­ра­бах­ско­го кон­флик­та. До­го­вор 9 мая 1994 го­да был под­пи­сан ми­ни­с­т­ром обо­ро­ны Азер­бай­д­жа­на Ма­ме­д­ра­фи Ма­ме­до­вым, 10 мая — ми­ни­с­т­ром обо­ро­ны Ар­ме­нии Сер­жем Сарг­ся­ном, а 11 мая — ко­ман­ду­ю­щим Ар­ми­ей обо­ро­ны На­гор­но-Ка­ра­бах­ской Ре­с­пуб­ли­ки Сам­ве­лом Ба­ба­я­ном. По­сол в от­став­ке, в 1992-96 гг. гла­ва по­сред­ни­че­с­кой мис­сии Рос­сии, пол­но­моч­ный пред­ста­ви­тель пре­зи­ден­та РФ по ка­ра­бах­ско­му кон­флик­ту, уча­ст­ник и со­пред­се­да­тель Мин­ской груп­пы ОБ­СЕ Вла­ди­мир Ка­зи­ми­ров в ин­тер­вью news.am по­де­лил­ся сво­и­ми вос­по­ми­на­ни­я­ми о том, как это бы­ло. «Я на­хо­дил­ся в это вре­мя в Ба­ку, мы встре­ча­лись с Гей­да­ром Али­е­вым, с его ми­ни­с­т­ром обо­ро­ны Ма­ме­д­ра­фи Ма­ме­до­вым и ве­ли пе­ре­го­во­ры о том, что­бы под­пи­сать пре­кра­ще­ние ог­ня меж­ду Азер­бай­д­жа­ном и На­гор­ным Ка­ра­ба­хом. Не­дав­но я об­на­ру­жил эти ли­с­точ­ки на клоч­ках бу­ма­ги. На­пи­сан текст бу­ду­ще­го со­гла­ше­ния. Гей­дар Али­ев дал ко­ман­ду, Ма­ме­д­ра­фи Ма­ме­дов под­пи­сал», — рас­ска­зы­ва­ет он. По сло­вам Вла­ди­ми­ра Ка­зи­ми­ро­ва, Гей­дар Али­ев «ни в ка­кую не хо­тел ста­вить под­пись с На­гор­ным Ка­ра­ба­хом в од­ном до­ку­мен­те, в од­ном ме­с­те, в один день, как это обыч­но де­ла­ет­ся в меж­ду­на­род­ной прак­ти­ке. И нам на­до бы­ло най­ти ка­кие-то спо­со­бы, как обой­ти эти пре­пят­ст­вия. И мы тог­да вы­шли на не­стан­дарт­ное ре­ше­ние: к со­жа­ле­нию, да­же до то­го вре­ме­ни не бы­ло та­ких пре­це­ден­тов в ми­ро­вой прак­ти­ке. Мы по­ш­ли на то, что­бы пре­кра­ще­ние ог­ня бы­ло под­пи­са­но на раз­ных ли­с­точ­ках», — вспо­ми­на­ет Вла­ди­мир Ка­зи­ми­ров. По сло­вам по­сла, в Ба­ку Ма­ме­дов под­пи­сал те ус­ло­вия, «ко­то­рые мы из­ло­жи­ли», на сво­ем ли­с­те бу­ма­ги, а вни­зу бы­ли при­пи­са­ны толь­ко две долж­но­с­ти: ми­ни­с­т­ра обо­ро­ны Азер­бай­д­жа­на и спра­ва бы­ло про­би­то ко­ман­ду­ю­щий ар­ми­ей На­гор­но­го Ка­ра­ба­ха. «Мне ос­та­ва­лось толь­ко свя­зать­ся с На­гор­ным Ка­ра­ба­хом и обес­пе­чить под­пись. Пред­ва­ри­тель­но я уже со­гла­со­вал по те­ле­фо­ну. Тог­да еще ра­бо­та­ла со­вет­ская пра­ви­тель­ст­вен­ная связь. Я из Ба­ку по­зво­нил в Сте­па­на­керт, со­гла­со­вал, все бы­ло го­то­во. Ос­та­ва­лось толь­ко по­лу­чить эту под­пись», — от­ме­ча­ет по­ли­тик. По рас­ска­зу Вла­ди­ми­ра Ка­зи­ми­ро­ва, вдруг Гей­дар Али­е­вич ска­зал ему, что на­до по­зво­нить в Ере­ван. По его сло­вам, он дол­го до­ка­зы­вал Гей­да­ру Али­е­ву, что это бес­по­лез­но, «что Ере­ван, Ар­ме­ния не хо­чет уча­ст­во­вать в этом. Я ис­хо­дил из тех пе­ре­го­во­ров, ко­то­рые у нас бы­ли до это­го с Ере­ва­ном. Мы рас­хо­ди­лись с Ере­ва­ном в оцен­ках. Мы до­ка­зы­ва­ли Ле­во­ну Ако­по­ви­чу (Тер-Пе­т­ро­ся­ну) и дру­гим пред­ста­ви­те­лям Ар­ме­нии, что вы то­же сто­ро­на кон­флик­та, но они вся­че­с­ки это от­ри­ца­ли, Ар­ме­ния как-то по­мо­га­ет, но не бо­лее то­го, она не уча­ст­ву­ет в кон­флик­те. По­это­му я был уве­рен, что Ар­ме­ния не под­пи­шет». «Но Гей­дар Али­е­вич так дол­го про­сил ме­ня об этом, так на­стой­чи­во ста­вил этот во­прос, что я, в кон­це кон­цов, по­шел на то, что­бы по­зво­нить из Ба­ку в Ере­ван. По­зво­нил тог­да Да­ви­ду Шах­на­за­ря­ну, он вел де­ла, свя­зан­ные с ка­ра­бах­ским кон­флик­том, и Ша­ге­ну Ка­ра­ма­ну­кя­ну, по­мощ­ни­ку Ле­во­на Ако­по­ви­ча Тер-Пе­т­ро­ся­на. Мы си­де­ли и жда­ли, ка­кой от­вет бу­дет дан из Ере­ва­на. На­вер­ное, ча­са пол­то­ра про­шло — вдруг зво­нок от­ту­да, и Да­вид Шах­на­за­рян со­об­ща­ет мне, что Ар­ме­ния со­глас­на под­пи­сать», — рас­ска­зы­ва­ет Вла­ди­мир Ка­зи­ми­ров. По его сло­вам, для не­го это бы­ло пол­ной не­о­жи­дан­но­с­тью. «Ока­зал­ся прав Гей­дар Али­е­вич, что до­би­вал­ся под­пи­си. И тог­да мне при­шлось на том ли­с­точ­ке, ко­то­рый уже был под­пи­сан Ма­ме­до­вым, меж­ду дву­мя долж­но­с­тя­ми, на­пе­ча­тан­ны­ми на ма­шин­ке: сле­ва от ми­ни­с­т­ра обо­ро­ны Азер­бай­д­жа­на, спра­ва — от ко­ман­ду­ю­ще­го Ар­ми­ей обо­ро­ны На­гор­но­го Ка­ра­ба­ха, меж­ду эти­ми дву­мя долж­но­с­тя­ми ру­ки впи­сать (так и ос­та­лось по­том) «ми­нистр обо­ро­ны Ар­ме­нии». Ну, а даль­ше, ког­да все уже бы­ло за­вер­ше­но в Ба­ку, я вы­ле­тел в Моск­ву. Я по­зво­нил в Ере­ван и в Сте­па­на­керт, что­бы при­сла­ли мне по фак­су в Моск­ву уже под­пи­сан­ное со­гла­ше­ние», — от­ме­тил он. Но, по сло­вам Вла­ди­ми­ра Ка­зи­ми­ро­ва, из Ере­ва­на при­шли по­прав­ки, вне­сен­ные Сер­жем Сарг­ся­ном, ко­то­рый в то вре­мя был ми­ни­с­т­ром обо­ро­ны Ар­ме­нии: в ча­ст­но­с­ти, из тек­с­та со­гла­ше­ния бы­ли вы­черк­ну­ты две фра­зы, од­на из ко­то­рых ка­са­лась Мин­ской груп­пы ОБ­СЕ. «Мы хо­те­ли, как жест до­б­рой во­ли, как-то обо­зна­чить при­ча­ст­ность Мин­ской груп­пы к это­му пе­ре­ми­рию. Но Серж Аза­то­вич пред­ло­жил эту фра­зу вы­черк­нуть. В дру­гое вре­мя на то, что­бы со­гла­со­вать эти по­прав­ки с Азер­бай­д­жа­ном, уш­ло бы не­сколь­ко дней, а тут вдруг сра­зу азер­бай­д­жан­цы со­гла­си­лись, и та­ким об­ра­зом текст был под­пи­сан уже с уче­том по­пра­вок Сарг­ся­на. 10 мая из Ере­ва­на Серж Аза­то­вич при­сы­ла­ет мне по фак­су свой текст, а 11 мая Сам­вел Ба­ба­ян при­сы­ла­ет из Сте­па­на­кер­та свой. И вот эти три ли­с­точ­ка, один ли­с­то­чек, под­пи­сан­ный Ма­ме­до­вым, я еще из Ба­ку при­вез, скла­ды­ваю вме­с­те, по­то­му что со­дер­жа­ние бы­ло аб­со­лют­но иден­тич­ным. А ведь суть лю­бо­го со­гла­ше­ния — это обя­за­тель­ст­во. Обя­за­тель­ст­ва бы­ли аб­со­лют­но оди­на­ко­вые. И та­ким об­ра­зом, хоть и на трех раз­ных ли­с­точ­ках, но бы­ло за­клю­че­но со­гла­ше­ние меж­ду тре­мя сто­ро­на­ми кон­флик­та», — под­черк­нул по­ли­тик. По его мне­нию, на­и­бо­лее пол­но­кров­ным, пол­ным фор­мат пе­ре­го­во­ров был бы с уча­с­ти­ем На­гор­но­го Ка­ра­ба­ха. «Вы зна­е­те, я не бу­ду вы­ска­зы­вать­ся по по­зи­ции ны­неш­них по­сред­ни­ков, со­пред­се­да­те­лей Мин­ской груп­пы ОБ­СЕ, но я счи­таю, что на­и­бо­лее пол­но­кров­ным, пол­ным фор­мат пе­ре­го­во­ров был бы с уча­с­ти­ем На­гор­но­го Ка­ра­ба­ха. По­че­му? По­то­му что ведь са­ма суть кон­флик­та со­сто­ит имен­но в судь­бе На­гор­но­го Ка­ра­ба­ха, и ре­шать ее без уча­с­тия На­гор­но­го Ка­ра­ба­ха… ну, это был бы уже не 21 век, а 19-й при­мер­но. По­это­му на­до, ко­неч­но, опи­рать­ся, на до­ку­мен­ты ОБ­СЕ», — ска­зал Вла­ди­мир Ка­зи­ми­ров. По его сло­вам, на сам­ми­те ОБ­СЕ в Бу­да­пе­ш­те в 1994 го­ду речь од­но­знач­но шла о всех кон­флик­ту­ю­щих сто­ро­нах. «Не две, не обе сто­ро­ны упо­мя­ну­ты, а имен­но сло­во «все» и спе­ци­аль­но не на­зва­ны ни Ар­ме­ния, ни Азер­бай­д­жан. На этом ос­но­ва­нии тог­даш­ний дей­ст­ву­ю­щий пред­се­да­тель ОБ­СЕ Лас­ло Ко­вач, ми­нистр ино­ст­ран­ных дел Вен­г­рии, в мар­те 1995 го­да со­брал за­се­да­ние ру­ко­во­дя­ще­го со­ве­та ОБ­СЕ, на ко­то­ром сде­лал за­яв­ле­ние сле­ду­ю­ще­го тол­ка: в этом кон­флик­те уча­ст­ву­ют два го­су­дар­ст­ва, уча­ст­ни­ки, име­лось в ви­ду уча­ст­ни­ки ОБ­СЕ, а так­же тре­тья сто­ро­на (в скоб­ках) — На­гор­ный Ка­ра­бах, при­чем уча­ст­ву­ют во всем пе­ре­го­вор­ном про­цес­се по уре­гу­ли­ро­ва­нию это­го кон­флик­та. Вот это до­ку­мент, в ко­то­ром за­фик­си­ро­ван трех­сто­рон­ний фор­мат пе­ре­го­во­ров на весь пе­ри­од, вклю­чая Мин­скую кон­фе­рен­цию, ког­да речь шла о со­зы­ве Мин­ской кон­фе­рен­ции», — от­ме­тил рос­сий­ский дип­ло­мат. По сло­вам по­ли­ти­ка, сна­ча­ла пря­мые пе­ре­го­во­ры ве­лись при по­сред­ни­че­ст­ве Рос­сии. «У Мин­ской груп­пы сво­их про­ек­тов, до­ку­мен­тов не бы­ло. Она бы­ла вы­нуж­де­на за­им­ст­во­вать на­ши до­ку­мен­ты, и даль­ше пе­ре­го­во­ры уже про­дол­жи­ла Мин­ская груп­па, а Рос­сия ос­та­лась на пра­вах со­пред­се­да­те­ля Мин­ской груп­пы», — от­ме­тил Вла­ди­мир Ка­зи­ми­ров. Он на­пом­нил, что до ап­ре­ля 1997 го­да ве­лись пе­ре­го­во­ры меж­ду тре­мя сто­ро­на­ми кон­флик­та. «А даль­ше чел­ноч­ная дип­ло­ма­тия, и встре­чи меж­ду пре­зи­ден­та­ми Азер­бай­д­жа­на и Ар­ме­нии, а в 1999 го­ду сам­мит ОБ­СЕ в Стам­бу­ле не толь­ко одо­б­рил встре­чи двух пре­зи­ден­тов, но там же вы­ска­зал по­же­ла­ние, на­деж­ду на про­дол­же­ние пе­ре­го­во­ров под эги­дой Мин­ской груп­пы, то есть в трой­ст­вен­ном фор­ма­те. Вот как об­сто­я­ло де­ло. Дру­гих ре­ше­ний выс­ших ин­стан­ций ОБ­СЕ о том, что­бы ут­вер­дить ка­кой-то дву­сто­рон­ний фор­мат, про­сто не бы­ло и нет», — под­черк­нул Вла­ди­мир Ка­зи­ми­ров. 

 

 

 


Понравилась запись? Расскажите друзьям: