НЕ­ПО­БЕ­ДИ­МАЯ ДОЧЬ ШУ­ШИ


Ар­цах­ское дви­же­ние и на­ци­о­наль­но-ос­во­бо­ди­тель­ная вой­на сы­г­ра­ли в жиз­ни Ка­ри­нэ Да­ни­е­лян судь­бо­нос­ную роль, по-но­во­му пе­ре­оце­нив каж­дый про­жи­тый день и час. Ког­да на­сту­пил ре­ша­ю­щий мо­мент, де­вуш­ка, не ко­леб­лясь, за­пи­са­лась до­б­ро­воль­цем в ар­мию, су­мев убе­дить мать: «Из каж­дой се­мьи дол­жен кто-то во­е­вать, из на­шей се­мьи пусть это бу­ду я». За ко­рот­кий про­ме­жу­ток вре­ме­ни она на­учи­лась об­ра­щать­ся с ору­жи­ем, а при не­об­хо­ди­мо­с­ти бра­лась и за са­ни­тар­ную сум­ку, за­ме­няя мед­се­с­тер. Ка­ри­нэ ро­ди­лась и вы­рос­ла в Шу­ши, окон­чи­ла сред­нюю шко­лу ¹ 2 с фи­зи­ко-ма­те­ма­ти­че­с­ким ук­ло­ном. Бы­ла ак­тив­ной уча­ст­ни­цей пред­мет­ных олим­пи­ад, сво­ей кра­си­вой дек­ла­ма­ци­ей вы­зы­ва­ла вос­хи­ще­ние слу­ша­те­лей, уча­ст­во­ва­ла в спор­тив­ных со­рев­но­ва­ни­ях и бы­ла пер­вой в иг­ре в шах­ма­ты. По­сту­пи­ла в бух­гал­тер­скую шко­лу, ко­то­рую окон­чи­ла с от­ли­чи­ем. Со­об­ра­зи­тель­ная де­вуш­ка уве­рен­но бра­лась за лю­бое де­ло: бух­гал­тер, пе­ре­вод­чик, де­ло­про­из­во­ди­тель, кас­сир… — вот не­пол­ный пе­ре­чень ее ра­бот в Шу­ши. Меж­на­ци­о­наль­ные столк­но­ве­ния, по­пи­ра­ние на­ци­о­наль­но­го до­сто­ин­ст­ва сде­ла­ли го­род бес­пер­спек­тив­ным для шу­шин­ских ар­мян. Ка­ри­нэ не вы­дер­жа­ла и в 1984 го­ду уе­ха­ла в Пя­ти­горск, где уже че­рез ме­сяц ус­т­ро­и­лась на ра­бо­ту. В 88-ом, ког­да на­ча­лось Ар­цах­ское дви­же­ние, пе­ре­да­чи цен­т­раль­но­го те­ле­ви­де­ния в Моск­ве ста­ли вво­дить в за­блуж­де­ние граж­дан со­вет­ской стра­ны. В Пя­ти­гор­ске Ка­ри­нэ ра­бо­та­ла на швей­ной фа­б­ри­ке: бы­ла ма­с­те­ром бри­га­ды 5-го це­ха, де­вуш­ка не мог­ла рав­но­душ­но смо­т­реть на рас­ту­щую с каж­дым днем ан­ти­ар­мян­скую ис­те­рию. И вот од­наж­ды, ког­да из Моск­вы в оче­ред­ной раз пе­ре­да­ли ре­пор­таж, пред­став­ля­ю­щий ре­аль­ность пе­ре­вер­ну­той с ног на го­ло­ву (яко­бы, ка­рин­так­цы за­ки­да­ли Шу­ши го­ря­щи­ми по­крыш­ка­ми, при­чи­нив азер­бай­д­жан­цам тя­же­лый че­ло­ве­че­с­кий и ма­те­ри­аль­ный ущерб), кол­лек­тив на­ст­ро­ил­ся про­тив Ка­ри­нэ. Они ста­ли об­ви­нять ар­мян в экс­тре­миз­ме и про­во­ка­ци­он­ных дей­ст­ви­ях, тре­буя да­же уво­лить де­вуш­ку с ра­бо­ты. Ка­ри­нэ бы­ла вы­нуж­де­на оты­с­кать груп­пу ра­нее вы­ез­жав­ших на от­дых в са­на­то­рий Шу­ши рус­ских жен­щин, ко­то­рые оп­ро­вер­г­ли эту не­ле­пую кле­ве­ту, по­яс­нив име­ю­ще­е­ся рас­хож­де­ние в ме­с­то­по­ло­же­нии — вы­со­кое рас­по­ло­же­ние Шу­ши по срав­не­нию с Ка­рин та­ком. Ди­рек­тор фа­б­ри­ки бы­ла вы­нуж­де­на из­ви­нить­ся, но Ка­ри­нэ про­яви­ла на­стой­чи­вость, по­тре­бо­вав пред­ста­вить ре­аль­ную суть ве­щей пе­ред всем кол­лек­ти­вом. И вот пе­ред 6-ты­сяч­ным кол­лек­ти­вом ди­рек­тор при­зна­лась, что они бы­ли не­пра­вы в от­но­ше­нии де­вуш­ки, ко­то­рая ар­гу­мен­ти­ро­ван­но оп­ро­вер­г­ла дез­ин­фор­ма­цию цен­т­раль­но­го те­ле­ви­де­ния. В фор­ми­ро­ва­нии ду­шев­но­го ми­ра де­вуш­ки ве­ли­ка бы­ла роль от­ца. Еще в те го­ды отец и дочь чет­ко осо­зна­ва­ли це­ли азе­ров, ко­то­рые столь мет­ко сфор­му­ли­ро­вал А. Са­ги­ян: «Ес­ли кто-то же­ла­ет ук­расть твое про­шлое и при­пи­сать се­бе, зна­чит, го­то­вит­ся ли­шить те­бя бу­ду­ще­го». С ис­то­ри­ей ар­мян­ско­го на­ро­да и на­ци­о­наль­ны­ми де­я­те­ля­ми она бы­ла зна­ко­ма из рас­ска­зов от­ца, о пол­ко­вод­це Ан­д­ра­ни­ке она так­же впер­вые ус­лы­ша­ла от от­ца. В этом щуп­лом че­ло­ве­ке жил ве­ли­кий дух. Он был на­чаль­ни­ком от­де­ла те­ле­грамм на го­род­ской поч­те и обыч­но сам оформ­лял на­прав­ля­е­мые в Моск­ву и Ба­ку те­ле­грам­мы. И вот в 1988 го­ду, ког­да Ар­цах­ское дви­же­ние все на­ра­с­та­ло, ру­ко­вод­ст­во Шу­ши по ин­ст­рук­ции из Ба­ку от­пра­ви­ло в Моск­ву оче­ред­ную вы­мы­ш­лен­ную те­ле­грам­му, в ко­то­рой ар­мя­не Шу­ши вы­ра­жа­ли свою со­ли­дар­ность с азер­бай­д­жан­ца­ми, от­ме­же­вав­шись от тре­бо­ва­ния сте­па­на­керт­цев о вос­со­е­ди­не­нии Ар­ца­ха с Ма­те­рью-Ар­ме­ни­ей. Изо­б­ре­та­тель­ный отец из­ме­нил текст, ос­та­вив сло­ва без из­ме­не­ний, но — с со­вер­шен­но про­ти­во­по­лож­ным смыс­лом. Это из­ве­с­тие до­шло из Моск­вы до Ба­ку, мол, как до­пу­с­ти­ли воз­мож­ность от­прав­ки те­ле­грам­мы та­ко­го со­дер­жа­ния. Ба­ку, в свою оче­редь, стал да­вить на ру­ко­вод­ст­во Шу­ши, а по­след­ние в 3 ча­са но­чи увез­ли Ашо­та Да­ни­е­ля­на и в под­ва­ле зда­ния поч­ты под­вер­г­ли не­ве­ро­ят­ным ис­тя­за­ни­ям. На сле­ду­ю­щий день его при­ве­ли до­мой из­би­то­го и ис­ка­ле­чен­но­го, вслед­ст­вие че­го он по­те­рял зре­ние. О про­изо­шед­шем с от­цом Ка­ри­нэ уз­на­ла очень по­зд­но и сроч­но вер­ну­лась из Рос­сии до­мой. Но вер­ну­лась не в Шу­ши, а уже в Сте­па­на­керт, где ее род­ные на­шли при­ста­ни­ще в об­ще­жи­тии. А 26 мая 1989 го­да, че­рез пять дней по­сле ее при­ез­да отец умер, бу­ду­чи не в со­сто­я­нии уви­деть да­же ли­ца лю­би­мой до­че­ри. По­сле ос­во­бож­де­ния Шу­ши Ка­ри­нэ с ма­те­рью, Рим­мой, пе­ре­бра­лась в Шу­ши, но их дом был раз­ру­шен до ос­но­ва­ния… А Дви­же­ние все на­би­ра­ло си­лу и по­сте­пен­но вы­ли­лось в вой­ну. «Бои 17 ав­гу­с­та 1993 го­да в Ку­бат­лу бы­ли са­мы­ми оже­с­то­чен­ны­ми, — вспо­ми­на­ет Ка­ри­нэ. — В пре­ды­ду­щую ночь при за­хва­те вы­со­ты трое из ре­бят бы­ли ра­не­ны. Де­вуш­ки пе­ре­нес­ли их в по­ле­вой гос­пи­таль, но сум­ку с ме­ди­ка­мен­та­ми ос­та­ви­ли нам — вдруг по­на­до­бит­ся. В ту ночь вра­же­с­кий ми­но­мет не умол­кал. Мы не зна­ли, сколь­ко нам при­дет­ся про­дер­жать­ся: нам не­где бы­ло ук­рыть­ся, око­пы про­рыть не ус­пе­ли. На нас об­ру­шил­ся шквал ог­ня… Это был са­мый ужас­ный из пе­ре­жи­тых мною бо­ев, не ус­пев пе­ре­вя­зать од­но­го бой­ца, на по­мощь звал дру­гой, за две ми­ну­ты бы­ло шесть ра­не­ных… К не­сча­с­тью, мы по­те­ря­ли мно­гих из на­ших…». Имен­но здесь, при ока­за­нии пер­вой мед­по­мо­щи оче­ред­но­му ра­не­но­му ос­кол­ком взо­рвав­ше­го­ся ря­дом сна­ря­да бы­ла ра­не­на Ка­ри­нэ. Ее по­ло­же­ние бы­ло столь тя­же­лым, что вра­чи не да­ва­ли на­деж­ды, на про­тя­же­нии не­сколь­ких не­дель она ле­жа­ла без со­зна­ния, и толь­ко мать ве­ри­ла в чу­до… По­лу­жи­вую де­вуш­ку с се­мью ра­на­ми мед­се­с­т­ры Мар­га­ри­та Та­ра­нян и Ана­ит Та­м­ра­зян пе­ре­вя­за­ли и пе­ре­вез­ли в гос­пи­таль. По­сле че­ты­рех­днев­но­го пре­бы­ва­ния без со­зна­ния ее от­пра­ви­ли в Ере­ван. На про­тя­же­нии трех ме­ся­цев — и днем, и но­чью мать уха­жи­ва­ла за до­че­рью. Чу­дом уце­лев­шая Ка­ри­нэ ут­ра­ти­ла тру­до­спо­соб­ность, она — ин­ва­лид пер­вой груп­пы: но она не из тех, кто сда­ет­ся. Пе­ре­ня­тое ею от ма­те­ри ис­кус­ст­во ру­ко­де­лия и вя­за­ния крюч­ком за­пол­ни­ли ее жизнь. Се­го­дня ее ру­ка­ми со­зда­ют­ся на­сто­я­щие про­из­ве­де­ния ис­кус­ст­ва, ко­то­рые сво­ей неж­ной вы­шив­кой и мно­го­об­ра­зи­ем сви­де­тель­ст­ву­ют о ду­шев­ной кра­со­те их со­зда­те­ля. Бо­е­вые за­слу­ги Ка­ри­нэ Да­ни­е­лян удо­с­то­и­лись вы­со­кой оцен­ки: она на­граж­де­на ме­да­ля­ми «Бо­е­вая служ­ба», «За му­же­ст­во», па­мят­ны­ми ме­да­ля­ми «Мар­шал Ба­г­ра­мян», «Ваз­ген Сар­ки­сян», «Ма­те­рин­ская бла­го­дар­ность» и Со­ю­за «Ер­к­ра­па» РА. Се­го­дня Ка­ри­нэ жи­вет с ма­те­рью. Без ее по­мо­щи де­вуш­ка не в со­сто­я­нии удов­ле­тво­рить са­мые эле­мен­тар­ные нуж­ды. Хоть и труд­но осо­зна­вать, что без по­сто­рон­ней по­мо­щи ты не мо­жешь со­вер­шить шаг или ка­кое-ли­бо дру­гое дей­ст­вие, тем не ме­нее, она не от­ча­и­ва­ет­ся, а с оп­ти­миз­мом смо­т­рит в бу­ду­щее — ведь впе­ре­ди ее са­мая боль­шая меч­та — при­зна­ние Ре­с­пуб­ли­ки Ар­цах. Она гор­дит­ся, что ей вы­па­ла честь во­е­вать и бо­роть­ся за сво­бо­ду ро­ди­ны, а са­мой ве­ли­чай­шей гор­до­с­тью яв­ля­ет­ся воз­рож­да­ю­щий­ся из ру­ин и стре­мя­щий­ся об­ре­с­ти бы­лую сла­ву куль­тур­но­го цен­т­ра Шу­ши — с ра­до­ст­ным сме­хом де­тей и на­сы­щен­ны­ми стро­и­тель­ным ажи­о­та­жем буд­ня­ми. 

 

 

 


Понравилась запись? Расскажите друзьям: