ПРОСПЕКТ АЙРИКЯНА


Одного из героев Арцахской войны из Ширака, Арагегецика (Ара) Айрикяна, казалось, знаю давно, но по-настоящему узнал лишь на днях. Командир добровольческого отряда «Ширак» не любит рассказывать о себе, охотнее говорит о подвигах своих однополчан на войне. Лишь однажды, когда он рассказывал мне об успехах своего сына Оганеса, я почувствовал его гордость за себя, сумевшего воспитать патриота, достойного сына Родины: Оганес Айрикян – ученик последнего гюмрийского ашуга Игита, нареченный учителем ашугом Овером (кяманчист с консерваторским образованием), вот уже 20 лет живет по найму в Ереване, автор свыше 20 песен, за истекшие годы с руководимым им ансамблем не раз становился победителем самых престижных международных конкурсов.
На днях один из ополченцев, воевавших вместе с Ара Айрикяном, заметил с грустью: «Наш Арагегецик поседел в боях за Талиш».

С первого дня знакомства с Ара Прекрасным я соизмерял его имя с чеховским изречением: «В человеке все должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли» . Полное соответствие, кроме одежды: нередко с иголочки одетые мужчины, даже не нюхавшие пороха, после Карабахской войны удостоились воинских почестей, прибыльных должностей, а истинные герои войны бедствуют до сих пор.

ЭТИ РАССУЖДЕНИЯ ВОЗНИКЛИ ПО ПОВОДУ — ДЛЯ ДАННОЙ ПУБЛИКАЦИИ Я ПОПРОСИЛ У АРА фотографию военных лет, но ее у него не оказалось: «Кого я после войны должен был удивить своими фотографиями? Мы сражались не ради почестей и славы, а за попранную честь своего народа и освобождение от ига азербайджанцев части нашей родины».

До войны Ара работал в ДС Ленинаканского железнодорожного узла сцепщиком первой категории. После погромов и резни армян в Сумгаите, Кировабаде и Баку ожидалось, что советская власть призовет к ответу организаторов и исполнителей зверств, но этого, как известно, не случилось, и тогда Ара и его товарищи в знак протеста объявили сидячую забастовку на железнодорожном мосту, тем самым парализовав движение поездов. Из Москвы последовал строжайший приказ — любой ценой восстановить движение поездов. Обесчестив себя, городские власти выполнили задание Москвы. Правда, потом по требованию ленинаканцев арестованные пикетчики были освобождены и восстановлены на работе.

Надо сказать, в 1988 году протестные акции и митинги в Армении проходили повсеместно, и всюду создавались отряды народного ополчения. «В те годы, — рассказывает Ара, — не важно было, сколько людей в отряде, например, рядом с нами держал линию обороны отряд Сосов: четверо тезок, рослые и крепко сбитые парни, ночевали в своем «запорожце» , на нем же кочевали с места на место. Надо сказать, были они отменными бойцами. Тогда наша беда была в другом – в нехватке оружия: на весь наш отряд было всего три охотничьих ружья. Через несколько месяцев за счет врага мы были полностью вооружены: азербайджанцы легко поддаются панике, в стратегическом плане намного уступают нам, не умеют использовать сложную военную технику, так что напрасны недовольства армянской общественности по поводу того, что Россия, наш стратегический партнер, продает Азербайджану новейшую военную технику – пусть продает, в случае новой войны она вновь станет нашей».

A. Айрикян увлек с собой в Карабах своего шурина и всех своих близких друзей, у Мец Шена в «Шираке» было несколько десятков бойцов, к концу войны, уже у Талиша, бригада, в которой служили и ширакцы, насчитывала уже 500 человек.

Завершающим этапом войны для нашей бригады было возвращение Талиша, говорит Ара, но подступиться к нему было трудно, обходная же дорога к нему была заминирована. Для штурма была избрана именно обходная дорога, Ара вызвался пройтись по минным полям и проторить тропинку к Талишу: «Не мог же я допустить, чтобы мои боевые товарищи подорвались на минах». Несколько километров пути он прошел за три дня: двигался вперед мелкими шажками, отмечая камнями опасные участки. Через три дня вернулся в бригаду поседевшим и повел бригаду по своей тропинке. После взятия Талиша бойцы назвали эту тропинку проспектом Айрикяна…

…НАШИ ОТЦЫ, ВЕРНУВШИЕСЯ С ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ ЖИВЫМИ И ИНВАЛИДАМИ, были обласканы малой родиной, они оказались в центре внимания местных властей — устроены на работу, получили возможность продолжить свое образование, их продвигали по службе, им были предоставлены льготы – имели право пользоваться услугами вне очереди, бесплатным лечением и отдыхом в санаториях и т.д. В те недалекие годы они были частыми гостями школ, на «Уроках мужества» их сыновья и внуки обретали крылья для полета. Это благодаря крупномасштабной военно-патриотической работе в школах и в обществе в Армении выросло целое поколение истинных патриотов, победивших в Карабахе.

После Карабахской войны все произошло с точностью до наоборот: забывались имена и подвиги участников войны, в условиях тотальной безработицы они бедствуют наравне со всеми. Обескрыленная молодежь, с детства знакомая с нищетой своих семей, не очень-то стремится служить в армии. (Ю.А. — Укажите мне в списке погибших в четырехдневной войне хоть одного сына олигарха!).

Больно и стыдно видеть, как Арагегецик Айрикян и другие ополченцы выбиваются из сил, чтобы прокормить свои семьи. Война берет свое: она «награждает» бойца не только ранами, но и отнимает здоровье. Вот уже 20 лет Ара вынужден принимать лекарства (слава богу, нашлись сердобольные люди, которые ими снабжают его). Последние 12 лет он разносит читателям местные газеты «Шрчапат», «Ингшапти» и «Аспарез». В течение последних трех лет вместо 600 экземпляров этих газет в течение недели разносит 100 экземпляров. Почему так? Объясняется это оттоком населения, которое к тому же стало меньше читать. Как жить ополченцу, отдавшему всего себя Родине?

Юрий АРУТЮНЯН

Источник: «Голос Армении»


Понравилась запись? Расскажите друзьям: